Во всем мире среднестатистический человек
проводит перед экраном 6 часов 55 минут, почти 2,5 часа он только листает ленту в социальных сетях. Это данные без привязки к возрасту. Добавьте к ним, что у взрослых людей свободного времени обычно меньше, чем у детей. Получается, мы хотим ограничить ребенка, демонстрируя своим поведением противоположный пример?
Среди педиатров технологии не воспринимаются как однозначное зло. Сейчас они — неотъемлемый компонент обучения: дети используют компьютеры, ноутбуки и планшеты для работы с домашним заданием, решают с их помощью тесты, учатся онлайн. На них же они играют, смотрят шоу, ролики, начинают осваивать социальные сети, которые часто заменяют реальное общение.
ЮНИСЕФ в своем (немного устаревшем)
исследовании 2017 года пишет, что умеренное использование цифровых технологий (в противовес полному отказу от них или неограниченному использованию) позитивно влияет на психологическое здоровье детей от 0 до 18 лет. При этом без привязки ко времени соцсети однозначно улучшают социальные отношения, тогда как ограничение времени в интернете совершенно не обязательно приведет к росту физической активности ребенка (это скорее вопрос мотивации, а не запретов).
С другой стороны, зависимость детей от устройств растет (в новой версии международной классификации болезней, МКБ-11, которую с 1 января 2022 года начинают внедрять и в России, теперь официально
есть игровое расстройство — «зависимость от видеоигр»).
Такая двойственность влияния технологий, видимо, и побудила Американскую академию педиатрии (AAP) пересмотреть ограничение 2 часа экранного времени в день, которое никак не сходится с данными о том, что современные дети проводят перед экраном
порядка 7 часов в день (а после пандемии коронавируса — и все 8,5 часов,
говорят опросы; причем чем старше ребенок, тем время может быть выше).